Am Am/C Dm6 E7

Он приехал. Захотелось на минуту заглянуть,

Am Am/C Dm6 E7

Все ли так, как уезжая, он оставил здесь когда-то.

Gm6 A7 Dm F

Чтобы в этом убедиться, и крест-накрест зачеркнуть,

Dm Dm/C Dm6(II) E7

Чтобы больше не считать себя хоть в чем-то виноватым.

Зановесочки на окнах слишком бледные на вид.

Кто-то сирый и безродный в этом доме проживает.

У окошка в черном платье чья-то женщина стоит,

И другую (боже, где она теперь?), напоминает.

Папиросы будто вымокли, дымятся без огня.

Взять бы тачку, да с бутылкой завалиться в гости к другу.

Что ж ты, улица, не вспомнила бездомного меня,

Из под ног сорвался белый голубь и нырнул во вьюгу.

И повисли два аккорда между небом и землей.

Тот же голос хрипловатый, надрывающийся, нервный.

Он кружится над Арбатом, и над Яузой рекой,

Утешая, ты не первый, кто уехал, ты не первый.

Здесь тоска и нету денег, а на ужин ломтик хлеба.

Ну а летом только ивы над водою, только небо,

А на ужин пожелтевшая вчерашняя газета.

Но когда все это вспомнишь на другом конце планеты,

Сам себя не понимаешь, отчего печаль такая?

И летит московский голубь ослепительного цвета,

И крылом пустыню неба на три части разрезая...

Он приехал...